Главная » Архив » Без рубрики » Церковь знает, как помочь наркозависимым…
Участие Церкви в национальной системе реабилитации наркозависимых
Координационный центр по противодействию наркомании ОЦБСС
Благотворительный фонд святого праведного Иоанна Кронштадтского
Сотрудничество с государством
Профилактика наркомании
Технологии реабилитации
Зависимым
Родителям и близким

Логотип фонда ФОНД
Церковь знает, как помочь наркозависимым, и готова научить этому других

Более сорока человек — священники, врачи, православные волонтеры из двенадцати епархий — стали участниками семинара по реабилитации наркозависимых, организованного Координационным центром по противодействию наркомании. Семинар проходил с 10 по 12 марта на учебной площадке монастыря святых Царственных страстотерпцев в Ганиной Яме близ Екатеринбурга.

Священники, врачи и бывшие наркоманы

 

Сначала молебен, потом — знакомство. Аудитория самая разная: кто-то делится опытом работы с наркозависимыми, кто-то только вступает на этот путь. Немало тех, кто сам был в плену наркотиков, но сейчас спасает других. «Разношерстный» состав помогает участникам семинара — есть возможность посмотреть на проблему с разных сторон.

Ведут семинар руководитель Координационного центра по противодействию наркомании епископ Каменский и Алапаевский Мефодий, исполнительный директор  благотворительного фонда «Диакония» врач-нарколог Елена Рыдалевская и консультант отдела по профилактике и реабилитации зависимостей Красноярской епархии диакон Родион Петриков.

У Церкви есть опыт, доверие и «штаб»

«Было время, когда от темы наркомании архиереи шарахались: страшно было связываться с наркозависимыми и, тем более, открывать ребцентры», — рассказывает владыка Мефодий. — Только отдельные священники в 90-е годы брались помогать таким людям. Однако ситуация изменилась. Теперь епархии сами инициируют открытие реабилитационных центров, эффективность работы Церкви с наркозависимыми признана государством.

Сегодня на территории 153 епархий ведут работу 62 церковных реабилитационных центра. Собственно реабилитация (как правило, в течение года) во всех этих центрах бесплатная, а в большинстве (35 центрах) даже не берут плату за питание и проживание. Бюджет ребцентров формируется примерно так: 20% — взносы родственников, 53% — частные пожертвования, 1% — господдержка, 10% — гранты, 4% — коммерческая деятельность и 12% — вклад подсобного хозяйства.

Чем можно объяснить эффективность церковной реабилитации? «Именно Православная Церковь основала аскетическую традицию борьбы со страстями, с недугами душевными и духовными, — объясняет епископ Мефодий. — У нас всесторонний подход к данной проблеме. Церковь обладает такими инструментами по работе с зависимостями, каких нет ни у кого. К проблеме наркомании Церковь подходит прежде всего не со стороны тела и психики, а со стороны духовной».

Есть и другие «факторы успеха», продолжает епископ. Люди доверяют Церкви, а Православная Церковь — единственная из религиозных и общественных организаций, подразделения которой плотно расположены на всей территории России. Кроме того, у нее есть материальный и кадровый потенциал.

Церковь планирует объединить все свои действующие ребцентры в единую сеть. Полномочия «штаба» антинаркотической деятельности переданы Координационному центру по противодействию наркомании Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению. В каждой епархии будет создан отдел по противодействию наркомании, а в каждом областном центре — кабинеты первичного приема.

Кто кому служит, тот того и раб

О биологических аспектах химической зависимости рассказала врач-нарколог Елена Рыдалевская. Она напомнила, что зависимость вызывают психоактивные вещества (ПАВ — алкологоль, никотин, синтетические наркотики), которые изменяют состояние сознания.

— Зависеть — это быть под чьей-то властью. — отметила Елена Евгеньевна. — Неслучайно наши пациенты говорят про наркотик: «Это не я его употребляю, это он меня употребляет». Или вот слова из Библии: «Кто кому служит, тот того и раб». Наркотическое рабство очевидно, и оно становится источником страданий человека.

В результате заболевания алкоголизмом и наркоманией происходит сбой в биохимических процессах организма. Если человек прекратит употребление психоактивных веществ, организм сможет функционировать, хотя те же процессы будут проходить иным путем.

— Кто считает, что наркомания излечима? — спросил у зала владыка Мефодий. Мнения участников разделились.

— Говорить, что наркомания излечима, опасно. Что неизлечима — неблагоразумно, — объясняет епископ. — К этому вопросу нужно подходить в контексте. У нас достаточно примеров, когда бывшие наркоманы весьма успешны на работе, создали семьи и воспитывают детей, помогают другим в избавлении от зависимости. Но, конечно, жизненное пространство, обусловленное биохимическими особенностями организма, стало немного уже.

И грешники, и несчастные люди

«Основным церковным законом» в работе с наркозависимыми является документ «Об участии Русской Православной Церкви в реабилитации наркозависимых». Работа над ним шла не один год.

— Наркомания — это и грех, и болезнь, — пояснил одно из главных положений документа владыка Мефодий. — Наркопотребители — не невинные жертвы обстоятельств. Им есть, в чем каяться. Но этим грехом повязаны не только те, кто подсел на наркотик, но и те, кто подсадил, и те, кто попустил, и те, кто отстранился. Это грех всего общества. Они попали в капкан. Грех зачастую не такой уж и великий, а беда очень большая. Порой они не столько грешны, сколько несчастны. И им можно помочь, и Церковь должна уметь это делать.

Если в начале 90-х годов в Ивановской епархии, где служил будущий епископ Мефодий, случаи помощи наркозависимым были единичными, то финансовый кризис 1998 года заставил заняться проблемой вплотную. До глухого села перестал ходить общественный транспорт, и в храме почти не стало прихожан. Родилась идея пригласить на приход людей, страдающих наркотической зависимостью, для взаимной помощи: священнослужители помогали молодым людям на пути спасения, они же — с трудами по храму.

— Реабилитация — это перевоспитание. Но для нас важно было не объяснять что-либо человеку, а просто жить вместе с ним, — отмечает епископ Мефодий. — Вместе молиться, соблюдать посты, выполнять послушания, общаться. И наше обращение шло не к уму, а к сердцу: человек должен был почувствовать, что его понимают, уважают, любят — вот тогда он начинает откликаться. А когда реабилитацию начинают «с мозгов», мало что получается.

В итоге 60-65 % реабилитантов «откликались» и начинали нормальную жизнь. Для врачей-наркологов это было сенсацией.

— И ведь мы почти ничего не делали. Кто же делал? Очевидно, что Бог…

Реабилитация как результат действия Божественной благодати — это первый принцип церковной реабилитации. Второй — включение реабилитационного процесса в жизнь церковной общины. Третий — компетентность членов церковной общины.

Владыка Мефодий еще много рассказывал, после чего получил вопрос от одного из священников:

— Как быть, если государственный реабилитационный центр поставил священнику условие: только нейтральная лекция раз в месяц и достаточно? Целесообразно ли такое сотрудничество?

— Мы не можем идти на конфронтацию с системой, — отметил владыка Мефодий. — Нужно учитывать границы наших возможностей во взаимоотношениях с государством и действовать в этих пределах. Что-то можно и сретушировать. Ведь главная наша задача — помочь людям, страдающим зависимостью. Если рассоримся с руководством ребцентра, сможем ли им помочь?

Опоры болезни, ошибки близких и формула успеха

Тяга к алкоголю и наркотику — это лишь вершина айсберга, следствие проблемы, которая опирается на дисгармонию семейных отношений, рассказывает диакон Родион Петриков.

Наркоманию называют чудовищем на трех ногах. Первая опора болезни — сам больной. В группу риска входят три категории:

1) люди с дефицитом самостоятельности, не способные постоять за себя, позаботиться о себе;

2) люди с дефицитом эмоциональности, неспособные, особенно в подростковом возрасте, справиться со своими эмоциями. Самым простым способом снять напряжение зачастую становится употребление алкоголя или наркотиков — не зря проблему зависимости называют «проблемой замороженных чувств»;

3) ресурсные («избыточные») личности. Как правило, это лидеры, которые прибегают к наркотику от избытка энергии, для еще более острых ощущений.

Второй опорой болезни становится больное общество, третьей — семья наркомана.

— Во главу угла ставятся дети. Они дают свои заявки, жена их собирает и передает на выполнение мужу, — рассказывает отец Родион. — К Богу же обращаются, если система вдруг забарахлила: дети заболели или муж запил…

В таких семьях обычно встречается либо гиперопека, либо, наоборот, гипоопека, когда заботу о детях заменяют деньгами.

Диакон Родион называл также три ошибки созависимых родственников:

1) Ошибка невмешательства. Порой от родных можно услышать: «Он сам бросит», «Женится — перестанет», «Найдет работу — бросит».

2) Ошибка примирения («договор с дьяволом»): «Что поделать, сегодня все употребляют…»

3) Ошибка отчаяния, ожидания гибели наркозависимого: «Ему уже ничего не поможет» или «Будь что будет».

Но что противопоставить ошибочному поведению? Как все-таки действовать, что делать? Родион Петриков представил формулу успеха для созависимых. В ней два условия:

1) Не создавать причин для употребления наркотиков, устранить систему трех «П»: потворства, провокации и пассивности. Потворство — это когда близкие потакают зависимому или позволяют себя обмануть. Провокация — «нам выпить можно, а тебе — нет, ведь ты больной…» Пассивность — отсутствие противодействия и помощи.

2) Эффективно противодействовать наркомании в семье — применить новую систему трех «П»: последовательно, постоянно, до победного конца.

О пользе кинофильмов

Методика совместного просмотра и обсуждения кинофильмов — одно из «лекарств» на пути к выздоровлению. «Совместный» — ключевое слово как в кинопросмотре, так и вообще в выздоровлении.

— Для избавления от наркозависимости нужна терапевтическая среда, — отметила Елена Рыдалевская. —  По сути, это принцип христианской общины, когда человек спасается вместе с другими людьми по мере того, как с ними соприкасается. Так же, как камушки в воде трутся друг о друга и становятся гладкими.

Диалог, обратная связь, умение слушать и слышать — все это есть в «кинолечении». Плюсы методики и в том, что она доступна для людей с разным образованием, кругозором, опытом. Современные воспитанники ребцентров не привыкли читать книги, так что кино — наиболее эффективный способ воздействия. В ходе совместного обсуждения люди учатся выражать мысли, пытаются посмотреть на ситуации и героев с иной стороны.

Гаснет свет, и участники семинара смотрят фильм Роджера Мишелла «В чужом ряду». События полуторачасовой картины охватывают один день из жизни героев — успешного молодого юриста Гевина Бейнека (работает в крупной фирме тестя на Уолл-стрит) и темнокожего страхового агента Дойла Гипсона (прошел лечение от алкоголизма и хочет вернуть жену и детей, купив для них дом). Оба героя спешат в суд: первый — чтобы отсудить огромную сумму у внучки умершего миллионера, второй — отстоять право на общение с сыновьями.

Автомобили Гевина и Дойла оказываются на дороге в соседних рядах и попадают в ДТП. Первый герой пытается вручить второму чек, предлагая вписать любую сумму, необходимую на ремонт авто. Второй отказывается, объясняя, что нужно поступать по закону. В итоге Дойл опаздывает в суд, принявший решение не в его пользу. А Гевин, скрывшийся с места аварии, успевает на процесс, но обнаруживает, что основное доказательство, завещание миллионера, выронил вместе с папкой. Дойл, подобравший папку, отдавать ее не собирается. Гевин устраивает так, чтобы противнику отказали в кредите для покупки дома. Однако до развязки далеко: список злых и добрых дел героев не исчерпан.

После просмотра участники семинара получают задание придумать вопросы к фильму. Самые удачные из них станут предметом обсуждения.

Схема реабилитации и приют по-американски

На экране — квадратики, стрелочки, иные линии взаимосвязей. Это схема церковной реабилитации. Она начинается с первичного контакта с зависимым (на очной консультации, по телефону доверия или в Интернете), далее следует дезинтоксикация и мотивационный период в специальном центре. Потом — длительная реабилитация в приходской или монашеской общине. Затем ресоциализация, когда человек постепенно возвращается в общество, находясь сначала в «доме на полпути» или «адаптационной» квартире. И последний этап — сопровождение, когда человек уже полностью возвращается к обычной жизни.

Можно ли вписать в эту схему приют для тех, кто совсем опустился, кому некуда пойти? Такой приют не только возможен, но и при определенных условиях может выполнять роль мотивационного центра, отвечает владыка Мефодий.

— Один выдающийся американец организовал реабилитационный центр и отдельно — низкопороговый приют, — говорит иерарх об увиденном в Соединённых Штатах. — Он принимает всех: и бездомных, и пьяниц, и наркоманов. Построен этот приют по типу вагона: в «тамбур» у входа помещают людей, явившихся в самом непотребном виде. Дальше происходит «селекция»: постоянных обитателей селят уже в «купе». Сначала — в первые от входа, потом — все дальше и дальше по мере того, как обитатели все больше становятся похожи на нормальных людей. Если в первых «купе» только спальные места, то дальше появляются тумбочки, еще какие-то вещи, а в конце «вагона» — обстановка, условно приближенная к домашней. Такая селекция запускает мотивационный процесс, у людей появляется желание вернуться в нормальную жизнь. Те, кто живет в дальних «купе», покидают приют: кто-то направляется в реабилитационный центр, кто-то возвращается в семью, кто-то идет в дом престарелых.

Священники в «аквариуме»

Готовится кинообсуждение. Отобраны вопросы: они должны быть конкретными, понятными и полезными для разговора. Елена Рыдалевская формулирует правила: свое мнение высказывает каждый, оценка мнений отсутствует, обсуждение проводится в кругу, все мнения принимаются с благодарностью, присутствует диалог, но отсутствует спор, стиль ведущего — умеренно директивный, лидеры высказываются в последнюю очередь.

Существенное дополнение вносит и владыка Мефодий:

— Обсуждение — это обмен мнениями. У нас же порой ставится цель добиться истины. Но истина в споре не рождается. Она родилась более двух тысяч лет назад в Вифлееме… Важно научиться слушать других и жить среди других, избегая конфликтов…

Около десяти человек (и священнослужители, и бывшие реабилитанты) садятся в круг-«аквариум», остальные наблюдают за ходом беседы со стороны. Смысл вопросов и ответов — отработка реабилитационной технологии обмена мнениями.

На первый вопрос: «Выздоравливает Дойл или он «сухой алкоголик»?» — большинство отвечают оптимистично: «Он борется, пытается разобраться. Он на грани, но выздоравливает», «Он пользуется инструментами сообщества анонимных алкоголиков. Есть правила говорить правду, обращаться за помощью к наставнику — он их соблюдает…», «Когда наступает переломный момент, Дойл все-таки преодолевает искушение выпить…»

На этом фоне неожиданно мнение отца Геннадия из Магнитогорска: «Дойл — «сухой алкоголик». Да, он соблюдает внешние правила. Но есть ощущение, что он делает это только для того, чтобы решить проблему с детьми…»

Еще более необычна точка зрения владыки Мефодия: «Он страшно болен. И его проблема не алкоголизм, а «демонический» характер. Спонсор называет его «наркоманом хаоса». Дойл выводит людей на конфликт. Алкоголизм — это вторично: человеку, который «вышел в алкоголь» из-за другой страсти (гнева, блуда, хвастовства), нужно в первую очередь решать проблему той страсти».

Обсуждение длится достаточно долго. Потом те, кто в «аквариуме» делятся своими ощущениями. Кто-то волновался, а кто-то почувствовал недостаток знаний, большинству было комфортно, и всем без исключения — интересно. Кстати, Владыка Мефодий в «аквариуме» оказался первый раз. «Ого, какую рыбу поймали!» — пошутил отец Павел (Пальгунов).

— Обсуждение обогащает смыслами, — полагает отец Родион Петриков. — Главное — это умение слышать чужую точку зрения. И принимать, даже если ты с ней не согласен. Есть хорошая фраза: иногда разрешение конфликта заключается в том, чтобы прийти к взаимному согласию о взаимном несогласии.

О своевременности и постепенности

— Зависимый — личность зачастую незрелая. Есть мнение, что человек застревает в том возрасте, в каком начал употреблять наркотики, — начала тему об этапах реабилитации Елена Рыдалевская. И привела пример: мужчина после 20 лет зависимости все-таки преодолел болезнь и стал работать в центре, помогая другим. Женился, стал отцом и в 50 с лишним лет простодушно спрашивал у молодых коллег, как лучше договариваться с супругой об очередности мытья посуды.

И привела пример: мужчина после 20 лет зависимости все-таки преодолел болезнь и стал работать в Центре, помогая другим. В итоге женился, стал отцом и в 50 с лишним лет простодушно спрашивал у молодых коллег совета, как лучше договариваться с супругой об очередности мытья посуды и о всяких бытовых мелочах…

Подобные особенности нужно учитывать при реабилитации. Иначе можно уподобиться персонажу из анекдота — студенту-катехизатору, который решил приводить души детей к Богу в детсаду… Или уподобиться добрым волонтерам, которые не раз отчисляли воспитанника за неподобающее поведение, а потом снова принимали его нетрезвого и грязного — отмывали, кормили и опять читали ему умные книги. Когда тот в очередной раз стал ругаться и дерзить, учителя не выдержали: «Где же, в конце концов, твоя совесть?» На что воспитанник ответил: «А вы должны Бога благодарить, что он послал меня вам для вашего смирения».

Все должно совершаться своевременно и постепенно. Человеку, который выпал из своего образа и подобия, сначала нужно прийти в себя и только потом делать какие-то следующие шаги.

Этапы реабилитации следующие: 1 этап — прийти в себя, 2 этап — прийти к Богу, 3 этап — прийти к людям.

Как, помогая, самому не «сгореть»?

«Если в нашей специальности появляются мысли: хорошо, чтобы этот клиент ушел, я уже видеть его не могу, — это синдром профессионального выгорания», — начала разговор о профилактике эмоционального выгорания Елена Рыдалевская.

Синдром эмоционального выгорания (СЭВ) — это реакция организма на переутомление, в том числе душевное. Это неудивительно, ведь в процессе реабилитации священнослужитель, врач или доброволец-инструктор делится с выздоравливающим своим духовным опытом, передает свое внутреннее здоровье.

Как не сгореть на своей работе и остаться эффективным специалистом?

Психолог Родион Петриков назвал три правила профилактики СЭВ.

Первое правило — это личная терапия, проработка слабых мест своего характера, своей личности.

Характеры у всех людей разные. Например, есть среди нас сензитивы — люди, принимающие все близко к сердцу, чувствительные к оценке. Есть люди гипертимного типа, которым некомфортно в ситуации одиночества и отсутствия к ним внимания. Есть, наоборот, замкнуто-углубленные натуры, страдающие от слишком широкого окружения. Есть лабильный тип (человек настроения), слабым местом которого являются всяческие перемены. Есть люди с бурной реакцией — одновременно «люди гнева» и «люди радости»…

Помимо «слабостей» характера, каждому присущи и «слабости» личностного свойства. Например, сверхответственность, перфекционизм (стремление все делать на «шесть с плюсом»), чувствительность к оценке результатов труда…

Важно знать свой характер, свои личные особенности — и научиться с этим жить.

Второе правило профилактики СЭВ — это супервизия (наставничество). Очень важно найти опытного профессионала, который будет помогать в разрешении сложных вопросов.

Третье правило — отсутствие сверхцелей по поводу собеседника. Нужно исходить именно из того запроса, с которым человек к вам обратился. Если наркозависимый спрашивает, как попасть к специалисту на первичный прием, не надо стремиться тут же «привести его ко Христу». Всему свое время и у каждого — свои задачи…

Строительство домиков и душ

Профилактике эмоционального выгорания помогают и командные тренинги. Например, «строительный», в котором было предложено участвовать всем желающим. Коллектив делится на группы, каждой выдается бумага, ножницы и скотч. В каждой группе 5 человек: смотрящий, рассказчик, наблюдатель и два строителя. Каждая команда должна построить фигуру, максимально похожую на первообраз, расположенный в конце зала.

P1150418.jpg

Смотреть на первообраз могут только смотрящий и наблюдатель. Смотрящий должен передать на словах то, что увидел, лишь рассказчику, а тот — донести услышанное до строителей. Наблюдатель должен помогать строителям молча, отвечая на их вопросы лишь кивком головы: «да» или «нет».

…Шум, гам, улыбки, усердие, растерянность… Каждая команда, распределив роли, строит бумажный дом. У кого-то он похож на оригинальный вариант, а у кого-то… на ракету. Смотрящие не всегда могут описать увиденный образец рассказчикам, те, как в глухом телефоне, сообщают то, что поняли, строителям. А наблюдатель хочет что-то сказать, да не может…

В итоге выходит отведенное время: все «новостройки» ставятся в ряд, и команды делятся опытом. Кто-то сетует, что результат был бы лучше, ели бы роли в команде были распределены по-другому. Кто-то говорит, что нарушение правил игры другими участниками совершенно выбило его из колеи. Кто-то поднимает вопрос о нехватке в команде «директора стройки». Кто-то из «строителей» упрекает самого себя, что можно было качественнее запрашивать информацию у коллег, правильнее ставить вопросы. Тренинг оказался весьма поучительным…

— В обычной жизни вы строите не дома, а занимаетесь строительством душ человеческих, — обратилась к участникам семинара Елена Рыдалевская. — И часто выполнить что-то нужно дистанционно. И донести свою волю не лично, а через кого-то. Работа в команде очень важна…

Елена Евгеньевна обратила внимание и на такой момент:

— У всех могут быть ошибки. Процесс взаимодействия можно обсудить и улучшить. Главное: взаимоотношения в команде должны быть честные и открытые. Не конкурентные, а сотрудничающие… Какой приход может помочь человеку выздоравливать? Тот, где есть подлинные любовь, дружелюбность, забота…

Говоря о взаимоотношениях в команде, ведущая привела в пример одного директора:

— К нему приходил сотрудник с жалобой: «С Иваном Иванычем невозможно работать — он на меня бочку катит». Директор — в ответ: «Да что вы! А тут ко мне Иван Иваныч приходил: говорил, какой вы прекрасный специалист». В другой раз директор нечто примирительное говорил и Ивану Иванычу. И страсти утихали, негатив исчезал… В команде все важны и нужны, если делают общее дело.

Врач и священник, а среди них — Бог

Третий день семинара прошел в православном реабилитационном центре «Подвижник», что на окраине города Полевского в 60 км от Екатеринбурга. Здесь одновременно находятся 30 воспитанников. Три четверти выпускников за год возвращаются к нормальной жизни.

История создания центра началась в 2000 году. В то время настоятель прихода святых апостолов Петра и Павла Сергий Рыбчак искал врача-нарколога для создания реабилитационного центра, а нарколог из Екатеринбурга Вячеслав Боровских искал священника. «Тандему врача и священника» муниципальные власти выделили заброшенное здание бывшего детского сада по соседству с храмом.

P1150319.jpg

Первые воспитанники заехали в центр в январе 2001 года. Сами клали печи, ставили окна и двери, проводили трубы. Газ в здании появился только через пять лет. Сегодня — иная картина: полное благоустройство, чистота и порядок. Просторная столовая, комнаты на 5 мест, актовый зал, библиотека, галерея дружеских шаржей, выполненных одним из воспитанников.

— Это наши выпускники, — показывает на юмористические портреты директор центра Вячеслав Боровских. — Вот, например, Артем, он теперь служит алтарником, занимается рекламным бизнесом. Это Давид, он живет в Батуми. А это Саша, живет в Мытищах, работает в «Мосэнерго». Около 150 ребят теперь занимаются предпринимательством. Один из них в прошлом году стал лучшим фермером Свердловской области.

Бывшие выпускники организуют рабочие места для нынешних воспитанников. В «Подвижнике» есть предприятие по производству ритуальных принадлежностей, швейные цеха, слесарная мастерская, птицеферма, кроликоферма и даже пейнтбольный клуб.

Участники семинара не в теории, а на конкретном примере увидели, как работает схема церковной реабилитации. Все начинается с консультации: один кабинет первичного приема находится в Полевском, другой — в Екатеринбурге. «Мы соединяем первичную консультацию и мотивацию. Люди к нам обращаются добровольно и соглашаются с поставленным диагнозом и нашими рекомендациями, — отмечает Вячеслав Боровских. — Подписываем трехсторонний договор между Центром, воспитанником и его родителями».

Дальше человек в течение года безвыездно находится в центре. Погружается в атмосферу православной общины, которая включена в приходскую жизнь: каждый день — молитва, трудовые послушания и полтора часа занятий. Потом — этап ресоциализации. «Мы сами дошли до того, чтобы организовать «дом на полпути», — говорит Вячеслав Владимирович. — Помогаем всем, кто хочет остаться, найти работу. На этом этапе ребята продолжают духовное окормление у отца Сергия. В итоге многие здесь укореняются, создают семьи. Кто-то возвращается в свои города — либо через «дом на полпути», либо сразу после реабилитации. Но связь с приходом воспитанники, как правило, не теряют. И даже уехав далеко, приезжают потом в Полевской на два-три дня за духовным общением».

Возраст реабилитантов в центре «Подвижник» — от 18 до 62 лет, но подавляющему большинству (90%) — от 22 до 35 лет. 89% страдают наркотической зависимостью, однако есть небольшая часть алкоголезависимых и игроманов. Около 60 % — жители Свердловской области, остальные — из других регионов России и даже из-за рубежа.

«Подвижник» также ведет работу по профилактике наркозависимости: на экскурсии в центр приезжают группы школьников из Полевского и Екатеринбурга. «Истории из уст выздоравливающих наркоманов о том, через что пришлось пройти и какой ценой дается избавление от зависимости, приносят гораздо больший эффект, чем лекции о вреде наркомании в школе», — говорит Боровских.

Уже полгода Вячеслав Владимирович проводит занятия и в государственном реабилитационном центре «Урал без наркотиков». «Мы не пытаемся оправославить существующую реабилитационную программу: мы проводим православные занятия параллельно. Уже есть результаты: текучесть реабилитантов снизилась, интерес повысился. И Минздрав таким опытом доволен», — отмечает врач.

В ближайшей перспективе — создание на базе «Подвижника» одной из двух площадок учебно-методического центра для подготовки священнослужителей, занимающихся реабилитацией наркозависимых. Соответствующую рекомендацию губернатору Евгению Куйвашеву дал полпред президента в Уральском федеральном округе Игорь Холманских.

IMG_7078.jpg

О дисфункциональности российской семьи

— Поднимите руки, у кого нет ни одного родственника, который бы не страдал от алкогольной завсимости, — обращается к участникам семинара Елена Рыдалевская.

Поднятых рук нет. А на экране — презентация об исторических причинах дисфункциональности российской семьи.

В результате Первой мировой войны, политических репрессий, Великой Отечественной войны многие семьи лишились мужчин-кормильцев. Ответственность за семью пришлось взять на себя женщине. О непослушании детей не было и речи: они вообще старались мам не расстраивать и многие проблемы решали самостоятельно. Но когда выросли и сами стали родителями, выплеснули на своих детей поток недополученных в детстве любви, эмоций, заботы. В итоге стали жить жизнью детей и, по сути, стали созависимыми.

Бог управит, когда есть знания и проект

Науке проектного управления был посвящен последний тренинг. После небольшой теоретической части участников семинара разбили на группы: каждая должна была составить свой проект. У кого-то — создание кабинета первичной профилактики, у кого-то — мотивационного центра или «дома на полпути».

Нужно ли создавать отдельное юридическое лицо или действовать под «крылом» прихода? Нужно ли «светить» адрес такого кабинета, если город небольшой, или давать в объявлениях только номер телефона? Стоит ли просить «Ростелеком» дать «красивый», запоминающийся номер? Как убедить местные власти выделить помещение в безвозмездное пользование? Каким количеством сотрудников можно обойтись на первых порах?…

Начало положено, продолжение следует

Торжественный момент: вручение сертификатов, аплодисменты и слова благодарности.

— Семинар просто шикарный, — делится впечатлениями иерей Геннадий из Магнитогорской епархии. — Здесь я впервые увидел, как много наработано Церковью в направлении реабилитации наркозависимых. Увидел, что все реально и достижимо. Есть большое желание эту работу начать.

— Период беспомощности Церкви перед бедой наркомании давно прошел, — резюмирует владыка Мефодий. —  Закончился и период понимания проблемы. Сейчас идет период становления и развития.

Лисовая Наталья

Архив статей по месяцам