Главная » Архив » Мониторинг СМИ » Проблема духа
Участие Церкви в национальной системе реабилитации наркозависимых
Координационный центр по противодействию наркомании ОЦБСС
Благотворительный фонд св. прав. Иоанна Кронштадтского
Деятельность епархий
Сотрудничество с государством
Профилактика наркомании
Технологии реабилитации
Зависимым
Родителям и близким
Мониторинг СМИ

Логотип фонда ФОНД
Проблема духа

В России продолжает развиваться православное душепопечительство наркозависимых. Об особенностях и перспективах такой работы мы поговорили с иеромонахом Диомидом (Кузьминым), руководителем Центра реабилитации наркозависимых при Брянской епархии.

— Когда Церковь начала заниматься реабилитацией наркозависимых?

— Болезнь зависимости как глобальная проблема появилась не так давно. Распространению ее способствовало введение в потребление современного человека психоактивных веществ. Многие из них были открыты, а другие синтезированы в последние столетия. Когда вещества были брошены на рынок, многие люди стали воспринимать их как некие лекарства, меняющие настроение и поведение. Но как оказалось, вместе с настроением меняется и сама личность человека. Церковь включилась в работу, как только явление стало массовым. Надо сказать, в целом с патологическими зависимостями начали работать раньше – еще когда в России появилась проблема алкоголизма. Также в дореволюционной России была и практика по реабилитации зависимых людей. Существовали такие колонии, общины выздоравливающих наркоманов на островах в Финском заливе недалеко от Санкт-Петербурга. В советское время Церковь не участвовала в практике по излечению наркозависимых. А со сломом общественной формации, в новой России, когда с одной стороны к нам мутным потоком в большом количестве пошли психоактивные вещества, а с другой стороны, религия вернулась в свободную жизнь общества, постепенно вызрел и институт душепопечительства наркозависимых. Такие практики возникали стихийно, по запросам людей, которые просили священников помочь пережить им самим или их детям какие-то внутренние изменения, проблемы, вызванные наркотиками. Так возникли реабилитационные центры — общины при епархиях, при монастырях и приходах. И параллельно открывались частные клиники, в работе которых стали участвовать священники.

В настоящее время такая работа централизована?

— В целом – да. В составе Синодального отдела по благотворительности и социальному служению работает Координационный совет по противодействию наркомании, существует общецерковный документы «Об участии Русской Православной Церкви в реабилитации наркозависимых». При этом какого-то специального образования душепопечители не получают. Обычно это люди, которые совершенствуют свои знания, выбирая различные программы, курсы. Конечно, они в той или иной мере владеют богословием, часто имеют психологическое образование, ведут психологическую или психотерапевтическую практику. Это не обязательно священники. В душепопечители приходят люди из социальной сферы, многие педагоги… Врачи приходят в меньшей степени. Они и так завалены своей работой.

Какие перспективы у церковного участия в терапии?

— Оно будет расширяться. Совершенно понятно, что без нравственно-духовного элемента в терапии наркозависимых не обойтись. А таких зависимых, увы, много. По данным МВД, в нашей стране около 1,6% населения регулярно употребляет наркотики. Это 2,31 миллиона человек.

А как обстоят дела участием церквей в подобной деятельности на Западе?

— В отличие от России, где этот опыт был прерван советской властью, на Западе сформирована богатая традиция христианской терапии наркозависимых. Особенно это касается США, страны, изначально основанной гонимыми переселенцами, в культуре которых христианство играло исключительную роль. Сейчас, конечно, в Америке христианское душепопечительство наркозависимых представлено уже в меньшей степени, ведь Америка меняется, но все же остается более религиозна, чем Европа. В Европе традиционно тон в лечении наркотических аддикций задает светский подход. Церковь в Европе, будь это католическая или какая-то из протестантских церквей, либо разделена с государством, либо имеет конкордат (соглашение с государством), по которому может выполнять часть социальной работы. Такой консенсус и у нас в обществе есть: в России Церкви выделено некое пространство для работы с людьми пожилыми, ментально травмированными, уязвимыми, больными и так далее. Для лечения больных зависимостями используется и разработанная, широко известная, апробированная на Западе программа «12 шагов». Православные реабилитационные центры этой программой пользуются, вообще с большим вниманием относятся к достижениям западных христиан в этом вопросе. В то же время мы должны понимать, что может быть ряд моментов, не подходящих для российской ментальности или противоречащих Православной традиции. Поэтому, конечно, нужно совершенствовать методики, активно работать с ними, предлагать свои.

Насколько масштабна православная система реабилитации наркозависимых?

— Сейчас действует более 70 реабилитационных центров по нашей стране. И есть еще больше учреждений, которые просто привлекают к работе в них православных священников. Работают, кстати, не только епархиальные реабилитационные центры, но и другие структуры, например, адаптационные квартиры. Когда человек из реабилитационного центра приезжает жить в город, его часто селят в такую квартиру. Ведь на срок от полгода или год он изолировался от общества, и ему нужно снова к нему привыкать, со всей своей уязвимой психикой снова выходить в мир. Такой человек на время селится в адаптационной квартире, которую содержит церковь. Там он живет, а работает в городе. За таким человеком ведутся наблюдения, с ним общаются, поддерживают его, заботятся об устранении стресса.

Наверное, стресс, усиленный тем, что наркоманов отторгают в обществе, часто заставляет их скатиться снова в болезнь?

— Не только из-за этого они возвращаются к наркотикам. Есть много факторов. Это ведь еще и биохимические процессы в организме, которые нужно переналадить. Не перебороть, а перенаправить, скажем так. Но, конечно, общественная стигматизация, тоже играет свою губительную роль. Таких людей сильно отторгают, выбрасывают их, особенно, наркоманов и алкоголиков со стажем. Им нужно общение, поддержка, что и предоставляют душепопечители и общины.

А если наркоман – человек не православный или не воцерковленный, он может обратиться в какой-нибудь епархиальный центр?

— Да, обращаются и такие люди. Они соглашаются жить по распорядку, который включает время для молитвы и духовных бесед. Если люди не хотят, их никто не обращает в православие, им ничего не навязывается. Вообще в первое время душепопечители, как правило, не ведут никаких иных духовных бесед, кроме бесед на тему болезни. Уже потом, когда она начинает отступать, можно свободно говорить и о другом – о жизни, о духовности.

В чем особенности христианского воззрения на наркоманию, чем оно отличается от секулярного?

— Христианство постулирует духовный подход. Мы рассматриваем наркоманию или алкоголизм не как проблему тела, не как случай телесной ущербности, а как проблему духа. Очень часто за наркоманией стоят неправильные отношения с родителями, которые отражают неправильные отношения с Богом. Если родители не смогли дать любви и заботы детям, то, как правило, дети скатываются в ту или иную зависимость, в том числе и наркоманию. Надо восстанавливать их отношения с родителями, потом с Богом. И, конечно, это долгий путь, полный рефлексий.

А если родителей уже нет или невозможно восстановить отношения с ними, то процесс происходит в голове? Напоминает психоанализ…

— Конечно, тогда работа идет на ментальном уровне. Психоанализ – вообще во многом христианская вещь. Это ведь европейская культура, а она, если смотреть глубоко, основана на библейском взгляде на человека, на воззрении о том, что человек пал и содержит в себе некую поврежденность, проблематичность человеческой природы. В ней и таятся семена болезни, разных болезней. И особенно в духовном смысле понятно и видно, что зависимость — это глубокий комплексный феномен внутреннего слома, который происходит из-за отсутствия любви. Через категории любви можно многое понять, и к такому пониманию как раз призывает христианство. Вот, иногда кажется, чего же не хватает человеку? Есть то и это, а он сломался. Что отсутствует в его жизни? Просто у него нет любви. Или же, бывает, что есть любовь неправильная, которая давит и душит на человека. Например, гиперопекающая мать часто превращает ребенка в инвалида. Зависимость от матери может перейти в другую болезненную зависимость – наркоманию, игроманию, трудоголизм…

Игроманы тоже обращаются в православные реабилитационные центры?

— Меньше, конечно. Но у нас есть реабилитационные в ближнем зарубежье. В Эстонии, например, статистика такая: наркоманы уже не обращаются практически, теперь одни игроманы. Связано это с заместительной терапией, которая процветает в Эстонии.

Общение душепопечителей и больных христианство рассматривает как взаимное исцеление. Расскажите, пожалуйста, что это значит? Какое исцеление в своей работе получает душепопечитель?

— Да, это взаимное исцеление. Важно понимать, что душепопечительство – это актуализация призвания. В этой сфере невозможно задержаться случайному человеку. Это тяжелая работа, или, правильнее сказать, тяжелое служение. Часто это служение становится делом жизни. Душепопечитель жертвует многим, и эта жертва освящается Богом, который тоже жертвует Себя человечеству. Это синергия человека и Бога, а также соработничество дающего человека, то есть душепопечителя, и того человека, которого исцеляют. Само призвание понимается, осознается через время и испытания. Многие проходят путь сомнений — оставаться ли на такой работе или нет? Некоторые душепопечители приходят к нам работать после неудач в жизни. Кто-то уходит и потом возвращается обратно. Они и сами часто содержат в себе внутреннее ранение. Существует концепция раненого целителя. Это концепция из католического богословия, но ее можно назвать общехристианской. Согласно таким взглядам, человек не может помогать людям, не будучи сам в той или иной мере ранен тем, в чем он людям помогает. Разные душепопечители действительно говорят, что имели это ранение внутри себя. Ранение, которое связано с нехваткой любви, с несовершенством человеческих отношений. И с одной стороны это ранение обжигало, а с другой стороны оно же привело душепопечителя к осознанию его призвания, а других людей, таким образом, к исцелению.

Источник: JACTA